В январе исполнилось 30 лет Закону о некоммерческих организациях, который открыл широкую дорогу социальной работе негосударственных инициатив, многие из которых давно и прочно вошли в нашу жизнь. О том, в чем был и остается главный смысл закона, и что в нем могло бы стать лучше, мы говорим с руководителем Ассоциации «Юристы для гражданского общества», экспертом ГД Дарьей Милославской

- Зачем был принят этот закон? Почему он был необходим?

- В 1995 году в РФ был принят Закон об общественных объединениях, который развивал положения Конституции о свободе на объединения граждан, а также Закон о благотворительной деятельности и благотворительных организациях, который впервые на территории пост-советского пространства определял, что такое благотворительность, что так или иначе приоритетно для государства и как благотворительные организации могли бы делать жизнь лучше. Неожиданностью для многих в начале 1996 года стал закон о некоммерческих организациях, который дал возможность не только объединяться людям для того, чтобы защищать свои нематериальные интересы (что давал Закон об общественных объединениях), но и вести работу в более широком направлении. То есть теперь можно было объединиться не только для того, чтобы сообща коллекционировать марки, собирать бабочек, или родителям детей-инвалидов сообща искать лекарства, то есть решать проблемы свой группы. Теперь стало можно создавать некоммерческие организации, цель которых – оказание услуг, социальных, просветительских, образовательных, информационных. Не для себя, для других. Без получения прибыли, в отличие от бизнеса. То есть родителям детей-инвалидов могли оказывать поддержку не только такие же родители, но и другие люди, создавшие некоммерческую организацию. Они могли проводить тренинги и консультации, оказывать патронажную помощь, предоставлять услуги нянь, водить детей на экскурсии, развивать и т д. Организации могли вести деятельность самого широкого спектра, главное - их целью не могло быть извлечение прибыли. Все, что зарабатывали, если зарабатывали, должно было быть потрачено на благие цели, не могло быть распределено между учредителями, как в бизнесе. 

- Но деньги они могли зарабатывать? Получать доход от своей деятельности? Или только  получать пожертвования?

-Конечно, и зарабатывать, и вести документацию, и сдавать отчетность, и платить налоги. Закон давал варианты форм таких организаций: автономная некоммерческая организация, фонд, ассоциация, некоммерческое партнерство и пр. Таким образом, было разграничено право на объединение людей по интересам и организаций, целью которых было достижение каких-то полезных целей для общества в целом. При том, что люди, которые создавали их, не обязательно должны были быть членом уязвимой группы. Они могли создавать различные фонды, ассоциации, которые могли продвигать свои профессиональные или творческие интересы, развивать свой творческий и экспертный потенциал. 

-То есть творческие ассоциации и фонды поддержки, скажем, талантливых детей или журналистов в беде, «горячая линия» помощи пострадавшим от домашнего насилия, кухня для бездомных, приют потерявшихся кошек – это некоммерческие организации?

- Совершенно точно.

- Агентство социальной информации, которое собирает материал о работе «третьего сектора» отовсюду, проводит конкурсы, тренинги и конференции – это тоже некоммерческая организация?

- Именно.

- Помню, в середине и конце 1990 х новые организации стали расти, как грибы после дождя, по всей стране…

- Да, появилась возможность, не будучи  представителем уязвимой категории, помогать и социально незащищенным, и обычным детям и взрослым. Развивать сеть социальных и иных услуг.

- И никто не пытался злоупотребить? 

- Тогда нас, юристов, которые начинали консультировать желающих создать такие организации, было очень мало, всего пять человек, и мы замечали, особенно поначалу, как некоторые пытались сделать из этой работы какое-подобие небольшого бизнеса, тем более что налоги были ниже, и отчеты проще. Те, у кого был уже опыт в бизнесе. Потом ситуация стабилизировалась, появились конкретные формы отчетности, они постоянно совершенствуются.

- Какие организации чаще всего создавались?

- По форме – Автономная некоммерческая, там достаточно одного учредителя, он же может быть и директором, может нанять сотрудников. Фонды предполагают коллегиальные органы управления, ликвидируются только по суду, там строже контроль, ведь речь идет об аккумулировании средств и имущества для того, чтобы их направить на благие цели. Ассоциации предполагают индивидуальное членство.

- А по направлению деятельности?

- В связи с тем, что в те годы люди не очень вчитывались в законы, а регистрирующие органы не очень внимательно вчитывались в уставы, то организации записывали в уставы вообще все, что только можно записать, чтобы иметь возможность заниматься всем, чем угодно, если появится возможность получить деньги на какую-то работу. Социальное обслуживание, образование, экология, консультирование по вопросам семьи и детства, и так далее. Такая ситуация была широко распространена до 2006 года, до тех пор, пока не стали проверять соответствие деятельности организации ее уставным задачам. Но и до сих пор многие организации превышают свои полномочия. Последнее время часто создают фонды, забывая о том, что они сложно ликвидируются. Их основная цель -аккумулирование средств для выполнения уставных задач. Например, если упрощенно, у Фонда поддержки слабослышащих детей - собрать деньги на новые слуховые аппараты и раздать детям, а у Фонда поддержки молодых музыкантов - собрать деньги и купить скрипки музыкантам, у которых недостает средств, организовать концерт. 

- Как закон трансформировался?

- Закон за 30 лет менялся 106 раз. Если в 1996 году было 34 статьи, то в 2026 году - уже 52.

Серьезные изменения появились в 2006-м: была введена обязательная отчетность, в 2010-м, появляется понятие социально ориентированных организаций, в 2016 году конкретизируется государственная поддержка.

В 2012 появляется понятие иностранного агента. Оно просуществовало в законе ровно 10 лет. С ноября 2012 по декабрь 2022 года, когда было выведено в отдельный закон «О контроле за деятельностью лиц, находящихся под иностранным влиянием».

В 2016 году появляется категория исполнителей общественно полезных услуг, то есть претендующих на особую поддержку государства. В 2024 году отменили печати, разрешили исключать из учредителей организаций отсутствующих и умерших людей.

 

- У меня  сложилось впечатление, что некоммерческие организации кардинально изменили картину нашего общества. Хорошо помню социальные инициативы конца 1990-х, мы тогда в «Независимой газете» писали о них, в том числе о том, как некоммерческие организации успешно – и очень экономно - решают сложнейшие проблемы. Тогда работал круглый стол женских организаций при Министерстве труда и социального развития, они получали крошечную поддержку от государства, но удивительно эффективно помогали семьям в трудной жизненной ситуации: организовывали детский летний отдых, патронаж, и многое другое. Они знали все проблемы в своих регионах, работали с конкретными семьями и людьми, и делали часто то, с чем государственные структуры просто не справлялись.

- Вы сказали о социальном заказе. Идея давно существовала в сознании людей, которые понимали, что государство не все может, а у некоммерческих организаций есть возможности - профессиональные, человеческие, удовлетворить те запросы граждан, которые необходимо было удовлетворить. Закон о социальном заказе начали обсуждать в 1999-м году, и только 2018-м он был внесен в законодательство в качестве эксперимента, в некоторых регионах. То есть то, что вы говорите, с простой человеческой точки зрения правильно, а с точки зрения закона не очень реально даже сейчас.

- То есть практика опережала законотворчество? Если я правильно поняла, то закон в свое время зафиксировал и легитимизировал практику разгосударствления социальной сферы, дав возможность инициативным людям сделать важные вещи для общества

- И при этом закон дал людям возможность не только принести пользу, но и реализоваться самим, использовать и развить свой личный потенциал.

- Хорошо помню, я об этом также писала в «НГ», Первый гражданский форум 2001 года. Писала о том, что исследование российского гражданского общества тогда показало, что каждый пятый россиянин ежегодно получал хотя бы раз в год помощь общественных организаций. То есть 30 миллионов человек! И подавляющее большинство -это были чисто российские организации, не использующие западные гранты, кстати.

- Западные гранты получали в основном очень крупные НКО и правозащитные организации, это правда.

- Организации были в каждом городе, в каждом поселке, огромное число, помню, тогда говорили, что в их работе участвуют более 2 миллионов человек! То есть по сути стали частью экономики. В основном социальной направленности. А сколько сейчас организаций в нашей стране?

- Зарегистрировано на сегодняшний день общественных и некоммерческих организаций 222 191.

- Если сравнить с другими странами, с Европой, у нас больше или меньше? В процентном отношении, конечно?

- Больше. На самом деле активно из зарегистрированных работают, я думаю, меньше половины, но и это значительная цифра. 

- Многие закрывается?

- Довольно многие. По понятным причинам: или организация решила проблему, ради которой создавалась несколько десятилетий назад, либо поняла, что проблема в принципе не решаема. Ну и деньги найти не очень просто. Много запросов на ликвидацию. И много запросов на регистрацию.

- Кто больше всего регистрируется? В каких сферах?

- Заявители, как правило, люди среднего возраста. А сферы самые разные. Обычно сейчас в уставах пишут все - от помощи детям до помощи приютам животных. Это связано и с возможностью получения средств, и, конечно, с тем, чтобы шире стал круг тех, кому можно помогать …  Вообще стало популярным иметь массу вариантов для получения денег: ты и самозанятый или ИП – социальный предприниматель, у тебя есть ООО, и одновременно есть некоммерческая организация. Это удобно. Правильно ли? Трудно сказать.

- Можно ли сказать, что некоммерческие организации за 30 лет изменили общественное настроение наших сограждан? Мне кажется, сегодня многие не только знают о существовании «горячих линий», всевозможных фондов помощи, о которых часто рассказывает даже уличная реклама, но и лично участвует так или иначе в их деятельности, много моих знакомых участвуют в краудфандинге, помогают как волонтеры детским учреждениям, приютам бездомных животных или другим организациям…После эпидемии ковида , я заметила, волонтеров стало больше. Наверное, это естественная потребность – делать добро, помогать тем, кому хуже, чем тебе… 

- Потребность сделать добро, и самому почувствовать себя добрым. В советское время никаких некоммерческих организаций с точки зрения закона быть не могло, это уже современная форма, современные реалии. Важно, что закон позволяет не просто вести совместную деятельность, но и получать средства на эту работу в интересах общества. Это очень важно.

- Как государство поддерживает сегодня некоммерческий сектор? Помимо субсидий и грантов?

- На уровне регионов и муниципалитетов создаются ресурсные центры, где можно получить информационную поддержку, методическую, возможность проведения совместных мероприятий.

- Можно ли сравнить наш закон с законами других стран?

- Трудно сравнивать, во многих странах есть только две формы организаций - ассоциация и фонд, а у нас было 32 формы в 1996 году, осталось теперь 16. Взаимозависимость от государства также разная, во многих странах есть четкое условие: если вы берете деньги от государства, работает жесткая система ограничений, например, нельзя зарабатывать. У нас их пока меньше, можно получить государственную субсидию, грант, пожертвование, тратить на уставные цели и при этом вести коммерческую деятельность

- Закону 30 лет. Нуждается ли он сегодня в корректировке?

- Закон превратился в лоскутное одеяло с учетом всех правок. Он не соответствует Гражданскому кодексу. В Законе одни формы, в гражданском кодексе другие, в Законе одни полномочия органов управления, в Гражданском кодексе другие. То есть основная задача, которую уже двенадцатый год (!) не могут решить законодатели – привести в соответствие Закон и Кодекс. Контролирующие органы руководствуются гражданским кодексом, но простые люди, которые хотят зарегистрировать организацию, в Интернете находят, прежде всего, Закон о некоммерческих организациях.

Закон нуждается в совершенствовании. Мы участвовали в специальных парламентских слушаниях, на эту тему в самом конце 2025 года, и внесли свои предложения. В частности, о регулировании краудфандинга, недопустимости посредничества при сборе пожертвований, о разделении НКО на крупные и мелкие, как в бизнесе, с предоставлением мелким некоторых послаблений в части документации, о включении субсидий на реализацию социально значимых проектов в состав доходов, не подлежащих налогообложению… .  Надо выделить государственные муниципальные некоммерческие организации в отдельный закон. У наших коллег в странах Центральной Азии есть специальные законы о негосударственных некоммерческих организациях, а у нас муниципальные организации руководствуются тем же общим законом. 

Закон, на наш взгляд, стоит не просто совершенствовать, но переписать. В соответствии с реалиями жизни и современным законодательством. Есть также мнение, что Закон вообще не нужен, надо только уточнить Гражданский кодекс и понять, в какой нормативный акт записать нормы о господдержке.

В любом случае, нужен его пересмотр в соответствии с практикой и законодательством.

Беседовала Надежда Ажгихина